Илья Горюнов вышел из колонии в свои двадцать семь. Семь лет назад его посадили по статье, которой он никогда не заслуживал. Обвинение в распространении наркотиков прилипло к нему как мокрый снег — быстро, без шанса оправдаться. Всё это время он держался одной мысли: вот выйду, вернусь к той жизни, что была до всего этого кошмара.
Но жизнь не ждала.
Когда Илья переступил порог дома, там уже жили чужие люди. Мать умерла через год после суда, отец спился и пропал где-то в другом городе. Девушка, с которой он собирался строить будущее, давно вышла замуж и родила ребёнка. Друзья разъехались, кто-то забыл, кто-то просто не хотел вспоминать. Всё, ради чего он держался в камере, оказалось стёртым, будто кто-то прошёлся по старой фотографии жёстким ластиком.
Он не хотел мстить.
По-настоящему не хотел. Думал: проживу как-нибудь, найду работу, начну с нуля. Но однажды вечером судьба столкнула его с тем самым человеком — Петром, который тогда дал показания и тем самым закрыл за Ильёй дверь на семь лет. Встреча произошла случайно, в переулке у старого магазина. Несколько слов, несколько секунд, удар — и Петр уже лежал на асфальте без сознания. Илья не планировал ничего подобного. Просто рука сама сработала.
В кармане у Петра оказался смартфон.
Обычный, ничем не примечательный телефон. Но когда Илья включил его, экран ожил сообщениями, фотографиями, голосовыми заметками. Там была вся жизнь Петра: переписка с матерью, которая каждый вечер спрашивала, поел ли он; снимки с девушкой Ниной, где они смеются на каком-то морском берегу; странные голосовые от коллег, полные намёков и полуугроз. Илья пролистывал это всё, не в силах остановиться. Словно открывал чужую дверь и заходил в чужую квартиру без спроса.
Он не собирался оставаться там надолго.
Просто хотел понять, кто такой этот человек, который сломал ему жизнь. Но потом написал одно сообщение от имени Петра — короткое, ничего особенного. Ответ пришёл почти сразу. Потом ещё одно. И ещё. Через пару дней Илья уже вёл переписку с Ниной, отвечал матери Петра, даже созванивался с кем-то из работы. Каждое нажатие на экран делало его чуть ближе к чужой судьбе и чуть дальше от своей собственной.
Он жил теперь двумя жизнями сразу.
Своя была пустой, без адреса и без будущего. А чужая — яркой, полной людей, планов, тепла. Илья понимал, что это ненадолго. Рано или поздно кто-нибудь заметит подмену. Но пока он печатал очередное сообщение, глядя в светящийся экран, ему казалось, что он наконец-то дышит. Пусть и чужим воздухом.
Иногда по ночам он смотрел на фотографии Петра и Нины и думал: а ведь мог бы жить так же. Просто в другой шкуре. Просто с другим именем. И от этой мысли становилось одновременно легче и невыносимо больно.
Читать далее...
Всего отзывов
0